Историческая драма События ВОВ Драма Ужас войны Ленинградский фронт Блокада Молодость Любовь Взросление Солдаты Дружба
Даниил Гранин – выдающийся русский писатель, наш современник, участник Великой Отечественной войны. Автор знаменитых романов «Иду на грозу», «Зубр», «Картина», экранизированного исторического романа «Вечера с Петром Великим», «Блокадной книги» в соавторстве с А.М. Адамовичем.
«Мой лейтенант» - занимает особое место среди поздних произведений Гранина, сам писатель называл этот роман лучшим своим произведением. В нем рассказана история солдата, одного из тех, кто смог выжить в страшной трагедии Великой Отечественной Войны. На фоне тягот, ужасов и неприглядности войны автор дает возможность выговориться простому лейтенанту, одному из тех, кому мы обязаны своей победой. Этот роман не автобиографичен, хотя понять, кем на самом деле приходятся друг другу автор книги и лейтенант Д. - несложно. Тем не менее на страницах романа живут каждый своей жизнью два разных человека: один - молодой, импульсивный, дерзкий, романтичный, а второй - мудрый, знающий цену жизни и научившийся противостоять обстоятельствам. И у каждого из них - своя правда.
– Вы пишете про себя?
– Что вы, этого человека уже давно нет.
РЕФЕРЕНСЫ
«Двадцать дней без войны», реж. Алексей Герман (1976) «Англйский пациент», реж. Энтони Мингелла (1997)
СЮЖЕТ
Война лейтенанта Д начинается в ленинградском ополчении и уходя на войну он думает, что у нее героическое лицо, что война- это непрерывные бои и подвиги и если смерть, то героическая, а оказалось, что это окопы по весне больше похожие на канализационные стоки, горящий в кострах паркет дворцов Петергофа, нелепые смерти, постоянный тяжелый труд и голод, который буквально сжигает все внутри: "Были дни, когда я понимал людоедство. Оправдывал. Я весь превращался в пустой желудок, он корчился, вопил от безумного желания жевать что угодно. Мусор, просто грязь, горсть земли, опилки. Исчезла брезгливость. Я вдруг увидел прохожих, это было мясо, скелеты, на которых еще было мясо."
Лейтенант уходит на войну с искренней верой в то, что все люди братья, что достаточно только объяснить это тем, что на той стороне и война закончится. Но война быстро избавляет его от иллюзий и учит ненавидеть и убивать, в то же время испытывая на прочность. "Блокада открывала человеку, каков он, что он способен выдержать и не расчеловечиться".
Память автора сохранила множество различных историй из фронтовой жизни, которые позволяют нам увидеть войну с непривычной стороны. Вот одна из таких историй - группа разведчиков шла по лесной дороге и наткнулась на такую же группу немцев. Растерявшись, солдаты из обеих групп быстро прыгнули в кювет, каждый в свою сторону. "А один немецкий солдатик запутался и скатился в кювет вместе с советскими солдатами.. заметался, закричал от ужаса, выпрыгнул из кювета и одним гигантским прыжком, взметая палые листья, перемахнул через всю дорогу к своим. Ужас придал ему силы, вполне возможно, он совершил рекордный прыжок. При виде этого наши солдаты засмеялись и немецкие тоже. Они сидели друг против друга в кюветах, выставив автоматы, и от души хохотали над этим бедным молоденьким солдатом. После этого стрелять стало невозможно...Немцы смущенно поползли по кювету в одну сторону, наши - в другую."
Здесь два героя - лейтенант и наш современник, тоже прошедший войну и умудренный опытом прожитых лет, между которыми ведется дискуссия о том, чем стала война для тех, кто воевал. Ведь тогда, на войне, им грезилось что надо только победить, а потом начнется прекрасная и удивительная жизнь, а оказалось, что самой яркой страницей в их жизни и была война.
Герои ведут откровенный разговор сквозь десятилетия о причинах военных побед и поражений много спорного и противоречивого, в этом диалоге затрагивается много острых вопросов. И один из таких вопросов - несовместимость опыта военного и того, что требуется для мирной жизни. "Что есть смелость на войне и что есть смелость на гражданке? Это разные состояние души. Война требует одной смелости, а гражданская жизнь - другой". Гранин показывает как тяжело человеку, прошедшему войну, найти свое место в мирной жизни.
О КНИГЕ
Даниил Гранин:
"Я не хотел писать про войну, у меня были другие темы, но моя война оставалась нетронутой, она была единственная война в истории Второй Мировой войны которая проходила два с половиной года в окопах - все 900 блокадных дней."
Александр Мелихов:
«Чуть ли не впервые в нашей военной прозе в "Моем лейтенанте" звучит и мотив "потерянного поколения". Звучит, если так можно выразиться, наизнанку по отношению к классическому певцу потерянного поколения Ремарку. Как жить дальше, если война оказалась кровавой бессмыслицей, спрашивают себя герои Ремарка. Как жить дальше, если главное дело жизни уже исполнено, спрашивает себя герой Гранина. И начинает работать спустя рукава, пускается в загулы, не проявляя особой щепетильности в выборе собутыльников и партнерш, так что даже верно ждавшая его жена уже упрекает его, что он и с ней обращается как с армейской блядью. И все-таки ее терпение и преданность берут верх — недаром она так верила в любовь, как другие верят в Бога.
Образ жены, как и большинство других образов в книге, создан высокоточными и при этом довольно аскетичными средствами, однако и она в результате предстает не только совершенно живой, но и бесконечно обаятельной.
Книга написана с небывалой личной откровенностью, но Гранин не был бы Граниным, если бы его голос в чем-то очень важном не был эхом русского народа. Его простодушный доверчивый герой произносит пророческие слова, чья справедливость сокрыта от мудрых и циничных и открыта младенцам: "Мы будем вновь и вновь возвращаться к моему времени, оно было красивым и героическим".
ТЕМЫ И ГЕРОИ
Обесценивание отдельной человеческой жизни тесно связано в романе с необходимостью для бойцов убивать человека. Даже верующий лейтенант Медведев признает эту необходимость, сомневаясь только, следует ли молиться за тобою же убитых врагов. Герой романа сначала тяжело переживает первый случай, когда он лично уничтожил двоих врагов. Но достаточно быстро принимает как аксиому: «На нашем фронте главной обязанностью было убивать». Он стрелял из пулемета и из миномета. Позднее был танкистом. Однажды добровольно вызвался заме- нить на одно боевое дежурство снайпера, даже долго добивался этой возможности.
По словам Гранина, с конца 1941 г. война «повернулась на уничтожение» захватчиков. Советские солдаты узнали о планах Гитлера физически истребить целые народы и ответили лозунгом «Смерть немецким оккупантам!» Задача была определена не как изгнание, а именно как уничтожение врага. И когда речь идет о врагах-оккупантах, писатель признает допустимость убийства, хотя дается ему это не просто. Уже после войны герой романа, выступая перед аудиторией, в осо- бенности детской, вновь и вновь словно оправдывается, объясняя, что убивал именно врагов, что это необходимое условие войны, на которой с нашей стороны потери были несопоставимо больше и т. д.
С близостью смерти герой романа столкнулся, еще не доехав до фронта. В начале июля 1941 г. эшелон, где находился он, народный ополченец, попал под бомбежку. Очень выразительно описание испытанного при этом чувства: «Я был раздавлен страхом. Сколько во мне было этого страха! Бомбежка извлекала все новые и новые волны страха, подлого, постыдного, всесильного, я не мог унять его. Проходили минуты, меня не убивали, меня превращали в дрожащую слизь, я был уже не человек, я стал ничтожной, наполненной ужасом тварью». Именно эта бомбежка, по мнению героя романа, перестроила что-то в его организме, сде- лала его настоящим солдатом, умеющим справляться со своим страхом, который, по его же словам, «на войне присутствует всегда».
Изживание личного и подавление коллективного страха (паники) представлены в романе как важнейшие предпосылки победы. Страху при этом противопоставлен смех как объединяющее общечеловеческое чувство. Гранин утверждает: «В страхе не смеются. А если смеются, то страх проходит, он не выносит смеха, смех убивает его, отвергает, сводит на нет, во всяком случае, изгоняет хоть на какое-то время».
Еще более действенным способом преодолеть страх, показывает автор, становится на войне обращение к Богу. Гранин пишет об особой фронтовой религиозности, которую емко и выразительно охарактеризовал один из персонажей (Женя Левашов): «В окопах атеисты не водятся». С первых же страниц автор показывает, как воспитанный в полном безверии молодой человек в кризисной ситуации начинает горячо молиться, словно движимый какой-то высшей силой. Сам герой говорит: «В неведомой мне глубине что-то приоткрылось, и оттуда горячо хлынули слова, которых я никогда не знал, не произносил, – Господи, защити меня, молю тебя, ради всего святого...».
Вместе с молодыми бойцами, выросшими в атеистическом советском обществе, воюют солдаты старшего поколения, рожденные (и крещеные) еще в дореволюци- онной России. Среди них есть по-настоящему религиозные люди, например лейте- нант Медведев, «пожилой мужик из Карелии», в подчинении у которого какое-то время находился герой романа. Подлинная глубокая религиозность позволяет Мед- ведеву не прятаться от страха в молитве, а действительно его преодолеть. «Из праха мы вышли и в прах вернемся. То ли с пулей в груди, то ли с бякой какой», – говорит он герою романа. Медведев учит своего подопечного не просить у Бога помощи, а благодарить его, радостно принимая все им ниспосланное. Понимание Медведевым жизни как Божьего подарка коррелирует с авторскими утверждения- ми, что Бога следует искать в природе и в любви.
Темы дружбы и любви на войне также подняты в романе Гранина. Автобиографический герой с самого начала представлен как часть неразлучной троицы, с первых же дней разбросанной по разным фронтам. Уже в ноябре один из друзей в письме сообщает герою романа о гибели другого, и эта сюжетная линия надолго обрывается. Погибший друг будет упомянут еще только один раз. В первые послевоенные годы демобилизованный герой будет искренне, хотя и безуспешно стараться помочь его родителям восстановить доброе имя сына, снять с него клеймо «пропавшего без вести».
На фронте герой Гранина контактировал с множеством самых разных людей. Поначалу это были, как правило, знакомые: отряды народного ополчения формировались в основном из сослуживцев. Постепенно его круг общения почти полностью изменился: погибших бойцов замещали вновь прибывшие, подразделения приобре- тали другую структуру, герой поднимался по карьерной лестнице и перемещался в географических координатах. Отношения между людьми складывались очень по-раз- ному. Объединяли пережитые трудности, располагала друг к другу личная симпатия. По-настоящему близкой дружбы, однако, у гранинского героя на фронте не возникло. Единственный, с кем он, по словам автора, «подружился», – талантливый изобретатель и балагур, весельчак Женя Левашов – погиб буквально у него на руках.
Основная любовная линия намечена в «Моем лейтенанте» пунктиром, но про- ходит через весь текст. Роман героя с будущей женой начался весной 1941 г., и в воскресенье, 22 июня, их эмоции достигли высшей точки накала. Начавшаяся война изменила ход событий. Предстоящая с неизбежностью разлука (долгая, а, возможно, и вечная) ускорила их бракосочетание, несколько изменила эмоциональную окраску отношений. Молодая жена (инженер на танковом заводе) пережила блокаду в эвакуации, в 1944 г. вернулась в Ленинград и воссоедилась с мужем, вернувшимся с фронта. Эта внешне благополучная канва не отменяет, од- нако, множества проблем и трудностей, которые супруги пережили именно из-за войны.
Другая семья, о которой упоминает Гранин, – комбат Литвинов и его жена Ма- рия. Самоотверженная женщина еженедельно пробиралась к мужу на передовую из осажденного Ленинграда, чтобы поддержать его и помочь с решением бытовых вопросов. В романе показана еще одна пара, сложившаяся благодаря начавшейся войне, но ею же и разрушенная. Средних лет ополченец Ермаков, выходя с то- варищами из окружения, натолкнулся на оккупированной территории на лесной стан погорельцев. Там он встретил вдову Таисью, которую полюбил. Но бойцу следовало продолжать свой путь, и не было возможности даже обменяться адресами. У этих людей просто не было адресов. Через несколько лет Ермаков узнал, что его возлюбленную угнали в Германию.
Интересным аспектом в сюжете романа стал рассказ о событиях на Ленинградском фронте и в самом городе 17 сентября 1941 г. Ранним утром этого дня фашисты заняли город Пушкин под Ленинградом. Отступая, оглушенный взрывом лейтенант Д. потерял свою часть, но беспрепятственно добрался до города и вошел в него. На этом основании он сделал вывод, что Ленинград «остался открытым перед немцами. Всего один день...». Гранин называет эту дату «День "Икс"», пишет, что в результате несогласованных действий обороняющихся отдельные участки фронта остались не защищенными – и противник мог бы легко преодолеть их без боя. Однако именно в этот момент немецкая армия получила указание занять выжидательную позицию. Писатель называет это чудом, но подчеркивает, что оно стало возможным только благодаря многомесячной самоотверженной обороне города.
Повествование ведется в основном от первого лица. Лишь небольшая часть текста формально написана от третьего лица. При этом, как было показано выше, повествователь также говорит сам о себе, только несколько отстраняясь, сменив ракурс. Поэтому и в третьем лице повествование очень эмоционально и выразительно. Автор периодически комментирует происходящее, «сбиваясь» на повествование в первом лице: «Отойдя шагов на двадцать, он вытащил предписание майора, порвал его на мелкие клочья, подбросил в воздух, смеясь, смотрел, как они разлетаются, словно тяжесть свалилась с плеч. Свободен. В неразберихе тех дней он благополучно затерялся во втором укрепрайоне Шушар. Так закончился этот сентябрьский день 1941 года. <...> Никто не мог меня переубедить! Семнадцатое сентября 1941 г. было! Ну хорошо, у нас творился бардак, но почему немцы, которые так рвались к Ленинграду, на полном ходу застопорили и не вошли в открытые ворота?» .
В романе представлен также отрывок из своего рода «блокадного дневника». Участник обороны Ленинграда, герой Гранина раз в два-три месяца посещал осажденный город и карандашом наспех записывал свои впечатления. В текст во- шло шесть таких записей: первая от 27 сентября 1941 г., последняя от 8 августа 1943 г. Размер записей – от четырех-пяти строк до трех четвертей книжной страницы. В каждой – пронзительные сцены блокадной повседневности.
Структура текста также обусловлена особенностями его содержания. В романе три части, не имеющие заглавий. В двух первых частях главный герой непосредственно участвует в боевых действиях. В первой – под Ленинградом в июне – сен- тябре 1941 г. Во второй хронотоп несколько расширен. Частично изображаются события в далеком тылу, а также движение Красной Армии на Запад. В третьей части демобилизованный герой показан в Ленинграде сразу после снятия блокады, и отражено его участие в мероприятиях, посвященных блокаде в последующие годы.